о том, как делать бизнес и жить устойчиво

Знать 30 августа, 14:08

Штормит: Что происходит с обществом, когда публично вскрываются случаи насилия

Объясняет психолог Мария Фабричева

img img

Последние несколько дней в Facebook началась волна из постов на тему сексуальных домогательств, домашнего насилия, газлайтинга. Нет, в этот раз никто не ставит хэштеги #MeToo или #янебоюсьсказати. Женщины, пострадавшие или ставшие свидетелями насилия, рассказывают о пережитом опыте вне какой-либо акции или движения. В одном случае своим поступком — избиением жены — гордо хвалится сами насильник. При этом сторонние наблюдатели, коих  в комментариях под постами набирается по несколько сотен, далеко не всегда на стороне жертвы. В частности некоторые пользователи соцсети утверждают, что не может так долго женщина терпеть побои и издевательства, а значит это фейк. Другие считают, что это пиар и эксперимент — как среагируют пользователи на такое заявление. А третьи ищут причину насилия в поведении женщины. Что происходит с нашим обществом и почему нельзя вешать клеймо "сам/сама виноват/а" на человека, пострадавшего от насилия, — объясняет психолог Мария Фабричева .

Почему соцсети колышет от постов, обличающих домашнее насилие в отношении женщин

Выдвину гипотезу с точки зрения человека, работающего с людьми. В этом году у нас грядет предвыборная кампания, и мы подходим к точке четырехгодичного цикла. Если проанализировать историю независимой Украины, перед выборами нас постоянно "качает на волнах". И это большой стресс, который передается из поколения в поколение и выражается в одной фразе "А вдруг что-то пойдет не так?" При проживании любого горя или стресса выделяются несколько стадий в следующей последовательности: шок, отрицание, гнев, торги, депрессия и принятие. Я вижу, что наше общество как будто бы застопорилось на стадиях гнев-торги-депрессия, оттого и швыряет нас в разные стороны. Ощущение близости грядущих перемен, выборов и гнева по этому поводу срабатывает как триггер, и толпа думает: "Черт, опять!" На стадии торгов человек начинает искать линии поведения: "Может, мне тихонечко посидеть в сторонке? А может, наоборот, стать жесткой и алчной?" Мы застряли на этапе подросткового бунта, нам будто бы 16 лет, и просвета не видно, потому что людям нужно много работать над собой, а проще сказать: "Моя бабка так жила, и я буду". Это я описала культуральный сценарий, со своей точки зрения.

Я не думаю, что женщины, пережившие насилие, перестали бояться и поэтому поделились своими историями в соцсетях. Все равно это единичные примеры, хоть и всплывшие один за другим. И реакция, которая следует в комментариях под их постами (обвинения, недоверие, оскорбления), служит объяснением, почему большинство женщин, страдающих от домашнего насилия, боятся рассказать о своем опыте. Эти комментарии, и от женщин, и от мужчин, являются отголосками общества.

Почему общество обвиняет жертву

К сожалению, в незрелом обществе жертва всегда виновата сама, а насильника почему-то оправдывают. Добавьте к этому наличие попсовой информации о том, как распознать преступника рядом. Да это очень сложно понять! Потому что люди садистического типа не раскрываются как садисты ни на первом, ни на втором, ни на десятом свидании.

Если мы возьмем ситуацию Лили Шевцовой, пост которой разлетелся по всему Facebook, пользователи в комментариях обвиняют ее как гештальт-терапевта в непрофессионализме, мол, как может человек быть психологом и одновременно страдать от домашнего насилия. Я отвечу, что нет никакой профессии, которая бы служила амулетом от насилия. Избивают и чемпионок по боксу. Что касается оценок, может ли она кому-то помочь, я не знаю. Возможно, она сможет кому-то помочь в будущем, пережив свою ситуацию, а, возможно, она уйдет из профессии. Но эти оценочные комментария уводят нас от сути проблемы, которая заключается не в том, кто она. Суть проблемы в том, что ее бьет муж. Почему нет вопросов: "У него такая улыбка на фото, как он может бить женщин?" или "Ему нельзя вести мероприятия — он же женщин бьет?!" И с моей стороны будет не коллегиально обвинять человека в непрофессионализме, так как я не видела, как она работает.

Бурную дискуссию в комментариях можно наблюдать вокруг вопроса: зачем она рожала детей от мужа-насильника? (Если судить по посту Лилии, у нее четверо детей). Это частый вопрос наблюдателей. И что удивительно, нередко в созависимых семьях бывает очень много детей, потому что часто сексуальный контакт тоже идет через насилие и он не защищенный. Мужчины в таких случаях могут жестоко обращаться с женщиной, если видят, что она принимает контрацептивы. Они считают себя альфа-самцами и думают, что должны воспроизвести как можно больше потомства, — движет ими не сознание, а половой инстинкт на уровне примитивного мозга. Кроме того, на социальном уровне подобные типы мужчин в глазах общества выглядят интеллигентами, хорошими мужьями и отцами. Но давайте по-честному, общество с этими мужчинами не разделяет дом, кровать и бюджет. Человек, который на виду играет вот эту роль добропорядочного семьянина, испытывает жуткий уровень ментального, эмоционального и физического напряжения. То есть ему больно, когда он играет роль хорошего человека. И когда он приходит домой, единственный способ снять напряжение, — избить жену. Он так расслабляется. Я хочу, чтобы люди, читающие сейчас этот текст, поняли, почему это так происходит: добропорядочный сосед избивает жену. Да потому что, когда он играет добропорядочного соседа, ему невыносимо плохо! Что касается женщины, страдающей от насилия, — она тоже играет свою роль счастливой жены, но только движет ею страх. Добавьте к этому социальное давление: "Кому ты одна со своими детьми будешь нужна? Да он такой классный парень, мы же его по работе знаем? Может, это ты виновата и что-то не так ему сказала?" И женщина, прогибаясь под этими давлением, а еще и если она финансово зависима, — попадает в ловушку, и она вынуждена рожать. Запомните, что самыми "вкусными" для садистов являются интеллигентные, нежные, образованные женщины, потому что они понятия не имеют, как противостоять насилию, ведь их учат с детства быть "хорошими девочками".

Почему такие истории становятся индикатором зрелости общества

Под постом Лилии начали появляться десятки комментариев, что, возможно, история, которую она описала, — фейк или даже социальный эксперимент, призванный обратить внимание на реакцию и отношение общества к жертвам насилия. Даже если это и эксперимент, то он действительно стал лакмусовой бумажкой. Для того, чтобы не включаться в водоворот этой грязи в комментариях, должна быть сформирована четкая законодательная база по вопросу насилия. Тогда пострадавший человек знает, что если он обратиться за помощью, он ее получит. В Израиле, к примеру, если представители полиции замечают женщину с синяком, они несколько раз перепроверят, все ли с ней в порядке.

То, что творится в комментариях сейчас под этими постами признаний, — это то, что проживают люди, это способ выразить чувства — высказать страх, позлиться, выругаться, заявить о себе. Отыгрывается треугольник Карпмана, правда, за монитором компьютера с элементами ажитации, — когда эмоций много, а действий, которые могут решить ситуацию, — никаких.

Меня лично поразил в комментариях "специалист по разбитым женским носам", который заявил, что знает, какого цвета должна быть кровь из носа после удара, когда появляются синяки. Вот это уже не фейк, а реальный комментарий от мужчины. И хочется узнать, откуда такие глубокие познания?

Читайте также: Просто о сложном: Как говорить с детьми о безопасности тела